Цена победы для далекого таежного города

8 мая, глава комиссии Общественной палаты РФ по проблемам национальной безопасности Александр Каньшин озвучил уточненные данные Министерства обороны по потерям Красной Армии за годы Великой Отечественной Войны. Безвозвратные потери списочного состава Красной Армии - убиты, умерли от ран, не вернулись из плена - составили восемь миллионов 668 тысяч 400 человек. Это на полтора миллиона человек больше, чем было зафиксировано в предыдущей статистике. Еще около 4,5 миллионов бойцов Красной Армии до сих пор считаются пропавшими без вести. Общие потери Советского Союза за годы войны оцениваются на уровне свыше 26 миллионов человек.

Жутко большие числа - для многих людей они вообще трудны для восприятия. Несомненно одно - у нас практически нет семей, которые так или иначе не затронула бы война.

Цена победы, как мы видим из обновляемых цифр жестокой статистики, со временем только растет. Возможно, наши чувства и осознание по поводу той уже далекой беды обостряются, когда мы начинаем вспоминать или детально узнавать, как прошелся каток войны по нашим семьям, нашим селам или городам, в которых мы родились и выросли.

Вот я и хочу сегодня с вами немного поделиться своими детскими воспоминаниями и информацией, полученной уже гораздо позже, о следе войны, которая та оставила на городке моего детства.

А город моего детства - это Бодайбо. На северо-востоке Иркутской области на границе с Якутией. Далекий таежный город золотодобытчиков и лесозаготовителей, а также охотников и рыбаков в пяти тысячах километров от Москвы. Особо стал известен в 1912 году, когда на одном из приисков в Бодайбинском районе были расстреляны протестующие рабочие. Потом город немного прогремел в 70-е, когда туда прилетал к своим друзьям Владимир Высоцкий. Городок совсем небольшой. Во времена моего детства его население было около 15 тысяч человек. Частные деревянные дома с огородами, много деревянных бараков, некоторые в два этажа. Кирпичные жилые дома впервые стали возводить только в середине 70-х. Телевидение появилось в 72-м или в 73-м, когда смонтировали принимающую станцию Орбита и ретрансляционную вышку на сопке, что возвышается над городом. Все знают более-менее почти каждого в городе.

Вот так выглядит на открытке главная улица Бодайбо в начале XX столетия

А вот так выглядит Бодайбо сейчас со смотровой площадки той самой телевизионной вышки - виды на центральную часть города и на аэропорт (фотографии Бориса Слепнева ). Река, которую видите на фотографиях - это, конечно, Витим, Угрюм-река.

Из кого состоит население Бодайбо? Состав горожан, вероятно, можно разделить на три категории: потомки тех практически коренных бурят и якутов, занимавшихся промыслами, которые в начале прошлого века забрели и осели там; ловцы длинного северного рубля и романтики; и потомки переселенцев, а точнее сосланных в годы коллективизации "кулаков". Мои родители из категории романтиков - отец после окончания Красноярского лесотехнического института выбрал на распределении Бодайбо, работу в Бодайбинском леспромхозе, хотя, как рассказывал папа, мог выбрать и Краснодарский лесхоз.

Примечательны люди из раскулаченной среды. На нашей улице - Лесной, - таких семей было несколько. Их дома отличались добротностью, а сами старики и их дети - основательностью и трудолюбием.

Ну, а теперь - о военной судьбе Бодайбо. По последней предвоенной статистике 1939 года население города составляло 15100 человек.

На войну ушли мужчины. Сколько? Об этом нет статистики. Сужу по семьям моих одноклассников и соседей. Почти в каждом доме, где бывал, я видел на самом видном и почетном месте какую-нибудь красивую деревянную рамочку. В ней под стеклом - фронтовые фотографии дедов, отцов, сыновей и их письма. Эти лица - вот они были рядом, соседями. Многие со следами ранений. О войне не любили рассказывать совсем, даже если мы, пацаны, очень их просили об этом. Бывало только иногда, на 9 мая, когда вечером кого-нибудь одного из собравшихся во дворе за общим столом, уже захмелевшего, вдруг прорывало. Чаще это был дядя Миша-танкист. Он действительно на войне был танкистом и горел в танке на Курской дуге. Следы ожогов подтверждали это, а медали и ордена, которые старики надевали раз в год, вызывали в нас трепет и глубочайшее уважение даже не смотря на то, что дядя Миша-танкист, выпивши, страшно еще матерился.

Было много среди соседских домов еще и таких, во дворах которых никогда не было шума. Они были тихими, и жили в них как правило одинокие бабушки, иногда с детьми, а о прошлой замужней жизни напоминали только похоронки и фотографии. А были и такие бабушки, которые ничего не знали о судьбе своих мужей или детей.

В 1975 году в Бодайбо открыли Мемориал воинам-бодайбинцам , погибшим во время Великой Отечественной Войны:

9 мая, когда праздновалось 30-летие Великой Победы, я с моей одноклассницей Таней Шемяковой стояли в почетном карауле:

Спустя несколько лет после установки монумента переднюю наклонную часть перед монументом изменили - на бетонных пилонах установили плиты, на которых высечены имена погибших воинов, ушедших на фронт из Бодайбо и Бодайбинского района. Не ручаюсь за точную цифру, но в начальный момент там были имена примерно 2500 человек. В 2010 году было уже 3543 имени. А это означает, что погиб на войне чуть ли не каждый второй ушедший на фронт бодайбинец, если считать, что ушли воевать все мужчины Бодайбо. С учетом того, что мемориал посвящен погибшим не только из Бодайбо, но и из района, то страшная доля погибших уменьшится, но не сильно - на десятке приисков работало от силы тысяча-полторы человек.

Вот такая военная арифметика в судьбе маленького таежного города с берегов Витима.

А я помню и до конца своей жизни буду помнить моего соседа по Бодайбо - дядю Мишу-танкиста. Конечно, его уже нет в живых - в то время ему было уже за 60, а с той поры прошло уже более 40 лет.

Вечная память героям.